<< Главная страница

5




Пол Хэгбольт и Марго Гельхорн прислушались к тому, что говорил мужчина с бородой.
- Надежды, страхи и волнения человека всегда связаны с тем, что он видит на небе, будь то самолет, планета, космический корабль или летающая тарелка из другого мира. Иными словами, все это - символы!
Бородач говорил спокойно, но голос его был по-юношески страстен. Профессор - крупный лысый мужчина, укрывшийся за толстыми стеклами очков, и Чалма слушали молча. (Марго от нечего делать выдумала прозвища для троицы, дискутирующей о летающих тарелках, и для нескольких человек из "общественности".)
Бородач продолжал:
- Священной памяти доктор Юнг в своем эссе тщательно проследил проблему, связанную с появлением на небе летающих тарелок в книге "Ein Moderner Mythus von Dingen die am Himmel gesehen werden", - заголовок он произнес с настоящим немецким горловым акцентом и сразу же перевел: - "Современный миф о небесных видениях".
- Кто этот Бородач? - спросила Марго у Пола.
Пол попытался проверить по программе; но было слишком темно, чтобы он смог что-нибудь разобрать.
- Доктора Юнга особенно заинтересовали летающие объекты в форме тарелок, - продолжал Бородач. - Эта форма ассоциируется с тем, что в буддизме называется мандалой. Мандала - это символ психической целостности человеческого разума в борьбе с сумасшествием. Так вот, эти тарелки обычно появляются в моменты сильнейшего напряжения и опасности. Таково нынешнее время: человек охвачен страхом перед атомной бомбой, перед потерей личности в нашем тоталитарном стаде, наконец, перед потерей контактов с наукой, которая ускользает от него и расщепляется на тысячи трудных, хотя и необходимых случайностей.
Пол, как обычно в такой ситуации, почувствовал угрызения совести. Еще несколько минут назад он называл этих людей фанатиками, а вот сейчас перед ним человек, который говорит умно и по делу.
Низенький мужчина, который сидел в первом ряду недалеко от Рагнарока, встал.
- Прошу прощения, профессор, но по моим часам до конца полного затмения осталось всего пятнадцать минут. Я хотел бы всем об этом напомнить; можно одновременно наблюдать за небом и слушать наших докладчиков. Миссис Рама Джоан говорила о существах из космоса, которые могут думать о многих вещах сразу. Я не верю, что у нас не получится думать по крайней мере о двух! Ведь мы организовали эту встречу из-за исключительно благоприятного случая для наблюдения за летающими тарелками, ведь многие из них не отличаются особой смелостью и избегают появляться при ярком свете дня. Не будем же упускать такой возможности. Может быть, нам повезет и мы увидим "боязливые тарелки", как назвала их Анна.
Несколько человек в первом ряду послушно задрали головы, показывая свои профили.
Марго подтолкнула Пола.
- Делай, что тебе говорят, - приказала она шепотом, внимательно осматриваясь.
- Счастливой охоты! - добавил Коротышка. - Еще раз извините, профессор.
Но прежде, чем Бородач продолжил, голос подал плечистый мужчина, который сидел, деревянно выпрямившись и сложив руки на груди (Марго прозвала его Дылдой). Он бросал Бородачу своеобразный вызов:
- Господин профессор, вы рассказали нам множество интересных сказочек, - начал Дылда, - но они в основном затрагивают вопрос, как люди воображают себе летающие тарелки. То, что этим интересовался Юнг, еще не означает, что меня это тоже должно интересовать. Меня привлекают настоящие летающие тарелки, как та, на которой я летал и с экипажем которой разговаривал.
Пол сразу почувствовал себя значительно лучше. Эти люди наконец-то начинают вести себя так, как и должны вести себя обычные фанатики.
Высказывание Дылды несколько сбило с толку Бородача.
- Мне очень жаль, что у вас создалось такое впечатление, - начал он. - Как мне казалось, я ясно выразил...
Он не успел закончить. Профессор поднял голову и решительно положил руку на его плечо, как бы говоря "Оставь этого типа мне". Чалма посмотрела на знатока зеленых человечков со снисходительной улыбкой. Профессор уселся поудобнее и, наклонив сверкающий череп, направил поблескивающие линзы очков на Дылду с таким видом, будто перед ним интересный энтомологический экземпляр.
- Прошу прощения, - холодно начал он, - это вы, кажется утверждали, что побывали на других планетах, неизвестных астрономам?
- Да, это так, - важно кивнул Дылда и выпрямился еще сильнее.
- А где эти планеты находятся?
- Они... существуют! - ответил мужчина. - Настоящие планеты не позволяют, чтобы ими управляла банда астрономов, - добавил он под смех собравшихся членов симпозиума.
Профессор, не обращая внимания на шум, продолжал:
- Эти планеты находятся на границе мира, или, может быть, являются планетами какой-то другой звезды, отдаленной от нас на много световых лет? - теперь он говорил вежливо-вежливо, и толстые стекла очков добродушно поблескивали.
- Да нет же, - ответил Дылда. - На Арлетте я был неделю тому назад, а путешествие продолжалось два дня.
Профессор не давал увести себя от темы:
- Может быть, это маленькие планеты, которые постоянно скрываются за Солнцем, Луной и Юпитером, как люди прячутся за деревьями в лесу?
- Нет, это не маленькие планеты, - заверил его Дылда. Он снова распрямил плечи, но чувствовалось, что уверенности в нем поубавилось. - Ни за чьей юбкой они не прячутся, нет. Они попросту существуют. И они вовсе не маленькие, они не меньше Земли. Я посетил уже шесть таких планет.
- Гм-м, - откашлялся Профессор. - Может быть, они скрыты в подпространстве и показываются только иногда, к примеру, когда... вы к ним приближаетесь?
Слушатели вознаградили Профессора аплодисментами. Но он и на этот раз не обратил на аудиторию никакого внимания.
- Вы скептик! - с упреком сказал Дылда. - И вдобавок теоретик. А я еще раз говорю вам, что эти планеты просто существуют.
- Коль они существуют, - мягко, но решительно настаивал Профессор, - то почему мы их не видим?
Он триумфально откинул голову, хотя, скорей всего, просто очки сползали с носа.
Наступила тишина.
- Да, вы скептик, - Дылда качнул головой. - Было бы лишней потерей времени объяснять вам, что некоторые планеты невидимы благодаря специальным экранам, которые искривляют свет звезд. Я не буду больше с вами дискутировать на эту тему.
- Я хотел бы, чтобы меня все хорошо поняли, - резко произнес Профессор, обращаясь к собравшимся. - Я готов выслушать любую, хотя бы и невероятную, фантастическую теорию, даже если кто-то утверждает, что неизвестная планета таится где-то в нашей солнечной системе. Но я хочу услышать какое-то рациональное объяснение, ну хотя бы, что планета существует в подпространстве. Чарльзу Фулби, конечно, надо отдать должное с его идеей о экранах.
Профессор сел, победно сопя. Коротышка, сидящий рядом с Рагнароком, воспользовался случаем, сорвался с кресла и воскликнул:
- Осталось только десять минут господа! Я осознаю, что дискуссия очень захватывающая, но прошу продолжать наблюдение за небом. Помните, что нас прежде всего интересуют летающие тарелки. Летающие планеты, несомненно, тоже интересны, но если бы нам всем, собравшимся на этом симпозиуме, удалось увидеть хотя бы махонькую летающую тарелку, то это был бы настоящий успех. Успех всего нашего общества. Благодарю.


На плоскогорье, неподалеку от гор Суеверий, Аса Голкомб фонариком подавал сигналы в сторону городка. В конце концов, нужно было попытаться спасти свою жизнь. Но через несколько минут он совсем обессилел от этих попыток и снова посмотрел в небо. Звезды при полном затмении сверкали, как алмазы, и Аса без особого труда узнал отдельные созвездия. Он посмотрел на погруженную в тень Земли Луну, которая находилась значительно ближе к звездам и была похожа на прекрасную эмблему индейцев хопи, выкованную из почерневшего от старости серебра. В неизменном ночном небе всегда можно найти что-то новое, открыть то, чего раньше не замечал. Он мог, не скучая, пролежать здесь целую ночь. Но сил становилось все меньше, а скала, на которой он лежал, уже совсем остыла.


Пепе Мартинес и Большой Бенджи поднялись с подушек и нетвердыми шагами подошли к грязной кирпичной стенке, окружающей крышу дома. Движением руки Пепе указал на Луну:
- Еще раз затянусь и... пуф! Вознесусь! Как когда-то Джон Картер на Марс.
- Не забудь о скафандре, - посоветовал ему Большой.
- Неслабый косяк... Затянусь один раз, но глубоко, и этого вполне хватит, - вздохнул Пепе. - Да, прям тебе витрина ювелирной лавки, ты не находишь? - спросил он, указывая на звезды.
- Нет! Это мотоциклы, старик, с бриллиантовыми фарами. Они мчатся во все стороны света! - закричал Большой.
Араб по-прежнему сидел на подушке перед палаткой и цедил мускат из тонкой ликерной рюмки.
- А ночь вас не восхищает, дорогие мои? - поинтересовался он.
- Она прекрасна, - согласился Большой.


Луна продолжала размеренно путешествовать сквозь холодную молчаливую тень Земли, преодолевая по шестьдесят пять километров в минуту. Это странствие было так же необратимо, как и просачивание крови в грудную клетку Асы Голкомба, как беспокойное брожение сперматозоидов Джейка Лешера, как адреналин, выделяемый надпочечной железой дона Гильермо, как расщепление атомов, приводящее в движение двигатели трансатлантического лайнера "Принц Чарльз", как телевизионные волны, несущие глубоко под землю изображение Спайку Стивенсу, как прием и отталкивание внешних раздражителей мозгом погруженного в сон Вольфа Лонера - странствие в ритме психического равновесия, как выразился наш отважный мореход. Луна странствовала по небу уже миллиард лет и наверняка будет странствовать еще не один миллиард. Правда, по утверждениям астрономов, силы гравитации в конце концов притянут Луну к Земле так близко, что внутреннее напряжение разнесет на куски ее твердь, и вокруг Земли образуется нечто напоминающее по форме кольца Сатурна.
Но это, опять же таки по мнению астрономов, ждет нас только через сто миллиардов лет.



далее: 6 >>
назад: 4 <<

Фриц Лейбер. Странник
   1
   2
   3
   4
   5
   6
   7
   8
   9
   10
   11
   12
   13
   14
   15
   16
   17
   18
   19
   20
   21
   22
   23
   24
   25
   26
   27
   28
   29
   30
   31
   32
   33
   34
   35
   36
   37
   38
   39
   40
   41
   42


На главную
Комментарии
Войти
Регистрация